Интервью министра энергетики Теменужки Петковой
5 января 2017

Интервью министра энергетики Теменужки Петковой

Ведущий — Антон Хекимян (A.X.) Гость — Теменужка Петкова (Т.П.) А.Х: Сколько денег мы заплатили АСЭ в конце прошлого года? Т.П: Мы заплатили ту сумму, которую присудил Международный арбитраж, за вычетом процентов, которые нам удалось сэкономить болгарским налогоплательщикам — это 90 млн. лв. благодаря результатам переговоров с АСЭ и «Росатомом» и тому, что они согласились списать проценты, начисляемые каждый день с даты вынесения решения до даты выплаты — 167 000 евро в день. Так что мы сэкономили эти проценты болгарским налогоплательщикам и заплатили то, что получилось после их вычета — 601 миллион евро. А.Х: 601 млн. евро, что составляет 1,2 млрд…? Т.П: Миллиард сто семьдесят с чем-то миллионов.

А.Х: Левов? Т.П: Левов. А.Х: А что будем дальше делать? Мы начинаем с чистого листа с новыми ядерными мощностями, что с ними будет дальше? Т.П: Дальше предстоит следующий очень важный шаг. Первый и наиболее важный шаг был разобраться с арбитражем и завершить ту сагу, продолжающуюся несколько лет. Я думаю, что мы завершили ее при максимально благоприятных для болгарской стороны условиях. Отныне предстоят не менее важные ответственные шаги, потому что мы являемся владельцами двух реакторов, площадки, на которую нами потрачено до сих пор 1,4 млрд. лв. А.Х: Эти два реактора уже завершены? Давайте скажем об этом несколько слов, потому что один из них вроде все еще изготавливался. Т.П: Один из двух реакторов готов на 100%, другой тоже уже на 100% готов. Эксперты НЭК и АЭС «Козлодуй» провели три инспекции в России в период 21 ноября — 30 декабря. Эти три инспекции состоялись на разных заводах, где находится данное оборудование, так что совсем скоро, может быть, в начале апреля, оба реактора будут в наличности, а до конца августа…

А.Х: В наличии в Болгарии. Что мы с ними будем делать? Не превратятся ли они в памятники? Памятники глупости, коррупции или же безответственного отношения государственных деятелей в Болгарии? Ведь это очень много денег, а мы не знаем, можно ли их, по крайней мере, восстановить. Включая возможную продажу. Т.П: Это так, это большие деньги. Я лишь напомню, что данные два реактора были заказаны в 2008 году подписанием Дополнения № 5, без наличия договора, который указывал бы, как будет выполняться проект, сколько он будет стоить, где будет продаваться эта электроэнергия. Я лишь уточняю, чтобы болгарские граждане не забывали, как дело до этого дошло. Но мы должны воспринять ответственный подход государственников. Мы заплатили 1,176 млрд. АСЭ, мы обязаны предпринять определенные действия, чтобы минимизировать убытки от наступления дополнительных рисков. Поэтому мы думаем, что правильнее всего — провести углубленный анализ необходимости сооружения новой атом- ной электростанции и обособить активы АЭС «Белене» в отдельную компанию и приватизировать ее согласно порядку, указанному в Законе о приватизации и постприватизационном контроле. Если к этому проекту будет проявлен интерес, то это будет означать, что он жизнеспособен, что он экономически эффективен и обоснован и он будет реализован. Если такого интереса не будет проявлено, то это будет означать, что проект нежизнеспособен. И тогда уже надо искать другое решение, скажем, с помощью продажи оборудования третьей стороне. А.Х: Что точно не принесет прибыли, если это оборудование будет продано. Т.П: Наши анализы показали, что продажа третьей стороне не позволила бы восстановить эти расходы.

А.Х: Ну, хорошо, если будет проведен анализ, и вы на его основе примете решение, например, что АЭС «Белене» следует построить. Придет следующее правительство и скажет, что согласно тому же анализу лучше не строить, потому что это недостаточно рентабельно для государства или же… Т.П: Как раз для того и делается, чтобы избежать этого риска и чтобы в болгарской энергетике была какая-то последовательность и разумность, — смею утверждать, что это главное, в чем энергетика нуждается, — управлять не эмоциями, а разумом и только на основе экономически обоснованных решений. По этой при- чине Болгарский энергетический холдинг находится в процессе заключения договора с Болгарской академией. Она проведет такой анализ и предложит решение. А.Х: Сколько лет еще уйдет на это? Т.П: Нет, договор с БАН будет заключен, возможно, еще на следующей неделе. А.Х: Появилась информация, что АЭС «Белене» будет китайской. Будет ли она китайской, проявлен ли интерес именно оттуда? Потому что, как мы поняли, они не пожелали проведения анализа будущей прибыли, просто решили инвестировать какие-то деньги. Разве можно просто так инвестировать какие-то деньги? Т.П: Они точно проявляют интерес к этому проекту… А.Х: Китайцы?

Т.П: Да, вам известно, что этот визит китайских инвесторов был публично оповещен. Состоялась встреча и с премьером Борисовым, и с вице-премьером Дончевым, и со мной. На этой встрече мы ясно заявили, каковы наши требования относительно возможности сооружения новой АЭС, четко указав, что такой проект можно реализовать только без государственной гарантии, без долгосрочных договоров о выкупе произведенной электроэнергии и единственно на базе экономически обоснованного проекта. Этот наш подход был воспринят со стороны китайских инвесторов, и они заявили, что проявляют интерес, но будет ли такой интерес, еще предстоит узнать. Это может произойти единственно и только в ходе публичной и прозрачной процедуры согласно порядку, указанному в Законе о приватизации и постприватизационном контроле. А.Х: Ну, хорошо, это действительно будет интересно — китайская АЭС в Болгарии. Т.П: Атомная электростанция будет построена при условии применения этих двух реакторов. Они не будут китайскими, они будут российскими.

Btvnovinite.bg, 05.01.2017